«Комсомольская правда» разбиралась, почему распространителей штрафуют и выселяют.

Газетные киоски и павильоны скрепя сердце пережили трансформацию КУГИ в КИО, угрозу появления госларька и запретную «стометровку» у вестибюлей метро. Вот, казалось бы, перешли на более прозрачную схему размещения НТО (нестационарных торговых объектов): продлевай договор и торгуй. Но распространители периодики массово жалуются, что с облюбованных мест их выселяют по надуманным причинам. Беда в самой системе, ущербность которой аукнулась спустя годы.

АВТОБУСНЫЙ ЛАРЕК

Сейчас все киоски и павильоны с журналами и газетами стоят на городской земле по двум видам документов: по старым договорам аренды участков и по договорам размещения НТО, на которые перешли в 2015-м. Новые договоры заключили на три года. С конца июля они как раз начали истекать. К удивлению распространителей, в продлении новых договоров стали отказывать. Смольный уже сказал нет примерно полсотне объектов - почти всем, поставленным в 2015-м. А это примерно двадцать процентов от всех ларьков и павильонов с прессой в городе. В отказах фигурируют три причины. Первая кроется в самих участках: чиновники вдруг решили, что для установки НТО они не подходят. Например, под землей проходят инженерные сети, павильон мешает пешеходам.

- Интересно, а как же эти адреса попали в схему? Ведь все комитеты ее согласовали, - негодует генеральный директор компании «Метропресс» (сеть «Первая полоса») Сергей Маркелов. - Сами распространители в создании схемы не участвовали, нам ее предложили уже готовую. Проверять участки на «законность» никому и в голову не пришло. Выбирали точки по расположению.

Часть участков и вовсе оказалась занята вполне себе узаконенными знаками, крыльцами или газонами. При этом поставить павильон рядом нельзя: по закону он должен стоять прямо в траве или «обнимать» фонарный столб. Механизма скорректировать схему, увы, нет.

- На Витебском, 108, судя по схеме, нам пришлось бы установить павильон на месте остановки общественного транспорта, - приводит пример генеральный директор «Союза издателей и распространителей» Дмитрий Амосов. - А на Балканской площади выделили место прямо перед крыльцом огромного торгового центра. Сначала павильон стоял в стороне, чтобы не перегораживать проход. Но нас стали штрафовать. Пришлось ставить точно по схеме, почти на ступеньках и с огромным скандалом.

КИОСК РАЗМЕРОМ С «ОДНУШКУ»

Павильон у станции метро «Звездная» вне закона сразу по нескольким признакам. Во-первых, он внезапно стал преградой пешеходам, притом что расположен на площади и не соседствует ни с вестибюлем, ни с остановками или зебрами.

- Если следовать этой логике, то у «Звездной» нельзя ставить никакие малые архитектурные формы, - отмечает Амосов.

Во-вторых, по документам там должен работать не павильон, а киоск - сооружение с окошечком. Проблема чисто бюрократическая: исполнительными органами государственной власти была допущена ошибка.

- Казус возник в формулировках: в постановлении, которое вводит схему, говорится и о киосках, и о павильонах, но в договорах по старинке писали «киоск», - объясняет Маркелов. - КГА согласовал внешний вид НТО, где четко видно, что это павильон. Это техническая ошибка, но теперь она стала основанием для разрыва договора.

Парадокс, но путаницу в терминах признали и в имущественных ведомствах, и в других комитетах. Договорились исправить, а все павильоны «перекинуть» в отдельный параграф схемы. С несколькими пробными объектами это даже получилось. Но затем КИО приостановил эти работы из-за «внутренних распорядков» и «технической возможности».

- У нас в городе из-за ошибок в схеме должны стоять «киоски» площадью 26 квадратных метров! - рассказывает Амосов. - В ходе реформы имущественного блока пришли новые люди с новыми взглядами, которые посмотрели на ситуацию абсолютно формально: написано «киоск» - значит должен стоять киоск.

Грустно то, что опальные павильоны разрабатывали вместе с КГА по последнему слову техники: современный внешний вид, долговечные материалы, лаконичная конструкция. Когда-то павильоны европейского образца получили одобрение губернатора и украсили Книжный салон. А теперь их «нужно распилить и выбросить»: хранить негде, а удобных свободных мест в схеме давно нет.

- После согласований поняли, что новые павильоны выйдут гораздо дороже: 11,4 квадратного метра - 1,5 миллиона рублей, 26,6 «квадрата» - 2,1 миллиона, - делится Маркелов. - Но мы пошли на инвестиции, ведь наши павильоны должны были стать украшением города и примером для остальных. А теперь, когда они будут исчезать, кто захочет в них вкладываться? Ни мы, ни кто-либо теперь ни рубля не потратит на то, чтобы заменить ржавые устаревшие киоски на что-то современное. Убили инициативу на корню!

ЭКСПЕРТИЗА НА ГЛАЗОК

Третья причина пустить прессу под снос противоположна предыдущей: если павильоны все же киоски, то торговать чем-либо, кроме печатной периодики, в них нельзя. По крайней мере, так считают в Смольном.

- Чиновники ссылаются на разрешенный ассортимент в газетножурнальных киосках. Правда, не упоминают, что он действует только там, где нет касс. А у нас они везде стоят. Да и не киоски это, - вздыхает Амосов.

Второй вариант претензий по ассортименту - превышение разрешенных тридцати процентов: именно такой объем газетного НТО могут занимать книги, напитки, сигареты, жвачка и все прочее. Правило ввели тем же постановлением 2015 года. Но как вычислять треть павильона, разъяснить забыли.

Ответственные распространители обратились в ГУИОН, а затем проконсультировались в экспертном совете при юрфаке СПбГУ. Первые обмерили оборудование и по расчетам выдали типовую схему, по которой обставили каждый павильон. Вторые подтвердили, что это законно и без обмеров и расчетов здесь не обойтись.

Но вот «Имущество Санкт-Петербурга», подконтрольное КИО, приступило к проверкам. И нашло диспропорцию едва ли не в каждом павильоне. Как проходят замеры и расчеты, никто пока не понял, но акты становятся основой претензий.

- Похоже, они оценивают объем прессы на глаз. И если заходят внутрь павильона, это еще хорошо, - рассказывает Маркелов. - Ведь по некоторым адресам они вообще газет не увидели: наверное, проводили замеры снаружи или из окна машины…

ПОСТРАДАЮТ ВСЕ

Печатники напуганы: за счет одной периодики в нынешние времена не выжить, тиражи падают год от года. А новые эксперименты только ускорят процесс, потому что читатель не станет менять свой маршрут, из-за того что его киоск снесли. Он просто уйдет в Интернет.

- В какой-то степени это ущемление свободы доступа к информации, - считает Маркелов. - Даже существует норматив обеспечения жителей киосками и павильонами с прессой. Если в системе начнется дисбаланс, то пострадают все - от читателя до издателя: распространять будет попросту некому. Отрасль начнет разрушаться. Люди потеряют работу. На освободившиеся адреса придут нелегалы, которые вряд ли будут платить налоги. Город в нас заинтересован. Так разве нынешняя ситуация логична? На помощь распространители призвали губернатора и Комитет по печати. И, кажется, получилось: профильному ведомству собираются вернуть полномочия по расстановке киосков и павильонов по городу, как это было раньше. - Интересная ситуация: в «Имуществе Санкт-Петербурга» нас понимают, в КИО понимают, на совещаниях понимают. Но дальше обсуждений дело не идет, - подчеркивает Амосов. - И формализм продолжается. - В Петербурге коммуникации между комитетами не существует, - отмечает Маркелов. - Поэтому единственный выход - сосредоточить все в одних руках. Главное, чтобы переход на незабытое старое прошел как можно скорее. Ведь претензии уже высланы, штрафы начислены, и, что делать с ними, не объяснит сейчас никто. Единственное, что остается делать распространителям, чтобы сохранить свои НТО, - оспаривать уведомления о непродлении договоров в суде. - Но может случиться так, что договоры разорвут в одностороннем порядке, - опасается Маркелов. - И в очередное утро продавец встанет рано, придет на работу, а работать уже негде.

P.S. В Комитете имущественных отношений ответить на вопросы «Комсомолки» не смогли и перенаправили в «Имущество Санкт-Петербурга». Связаться с «Имуществом Санкт-Петербурга» в течение недели не удалось.